РОССИЙСКОЕ ГИДРОМЕТЕОРОЛОГИЧЕСКОЕ ОБЩЕСТВО
ОБЩЕРОССИЙСКАЯ ОБЩЕСТВЕННАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ

 

 

ДЕНЬ ПОБЕДЫ ПРИБЛИЖАЛИ, КАК МОГЛИ

Из сборника воспоминаний ветеранов-участников ВОВ, бывших работников Приволжского УГМС


ВОСПОМИНАНИЯ МЕТЕОРОЛОГА

Шлычков Петр Дмитриевич,
участник войны, бывший начальник Куйбышевского Бюро погоды

Великую Отечественную войну я встретил в г. Сортавала Карело-Финской ССР курсантом Военно-Морского Авиационного училища специальных служб. В училище был направлен Шигонским Райвоенкоматом Самарской области в июле 1940 года и после сдачи конкурсных экзаменов был зачислен на отделение метеорологии. После окончания училища в августе 1941 года был направлен в г.Севастополь в расположение штаба Военно-Воздушных Сил Черноморского Флота, получив приказ о зачислении метеорологом 5-ой Авиационной базы, находящейся в г. Ейск Краснодарского края, стал выполнять свой воинский долг по метеообеспечению авиации так, как этому учили в военном училище.

Начало моей службы на Черном море совпало с очень тяжелым периодом военных действий, поскольку немецко-фашистские войска продолжали наступать по всему фронту и стремились захватить Кавказ с его богатейшими запасами нефти. Поэтому наша Авиационная база стала отступать на юг, сначала на Кубань, а затем перебазировалась в г. Миха - Цханая, в Грузию.

В 1942 году, самом напряженном и трудном периоде защиты Кавказа, когда фашисты находились у Главного Кавказского хребта, меня назначили метеорологом 34 Авиационной базы, находящейся в г. Геленджик, на аэродром «Тонкий мыс», где я прослужил до конца сентября 1943 года. На этом аэродроме, расположенном на расстоянии менее 10 км от врага и фактически изолированном от большой Земли, базировались самолеты различных типов: дальние бомбардировщики, штурмовики, истребители, а следовательно, требовались различного вида метеоро-логические данные.

Основными задачами авиации, базирующейся на аэродроме, были поиск и уничтожение морского транспорта врага и других целей на море; минирование входов в порты Галац, Варна, а также портов на реках Дунай, Днепр, Днестр, Буг и в Крыму; бомбардировка зданий, сооружений, скоплений войск и боевой техники на побережье в Крыму, Юге Украины, Северном Кавказе и др. Наш аэродром с большим количеством авиации не оставался незамеченным. Он систематически подвергался бомбардировкам и артиллерийскому обстрелу. Работать приходилось в тяжелейших условиях.

На аэродроме я был одним метеорологом, кроме меня, на метеообслуживании один наблюдатель и один радист. В обязанности метеоролога входили систематические наблюдения за состоянием погоды, получение хотя бы отрывочных сведений о фактической погоде с территории, занятой оккупантами. Эту информацию получали от постов наблюдений, от командиров самолетов, вылетавших на минирование в ночное время и торпедоносцев. Большое внимание уделялось наблюдениям по местным признакам погоды, анализу результатов шаропилотных наблюдений и учету их при прогнозировании погоды в соответствии с разработанными аэросиноптическими правилами Троицкого. принимали закодированные сводки погоды из Москвы (от Куйбышева и далее на восток) и Закавказья. Метеорологических данных было крайне мало. А прогноз погоды требовался с большой детализацией по количеству и высоте облаков, направлению и скорости ветра, видимости и опасным явлениям в районе предполагаемых действий по минированию, торпедированию, уничтожению вражеской техники и живой силы. Не менее важно было также составление прогноза к моменту возвращения экипажей после выполнения боевого задания. Не из легких было и прогнозирование вблизи морских пространств в зимнее (при незамерзающем море) и в переходное время года при отсутствии данных из интересующих районов перемещения воздушных масс. А ведь от того, насколько правильно была спрогнозирована погода в заданном районе, во многом зависил успех выполнения боевого задания и благополучное возвращение экипажа на место базирования. Конечно, были отдельные случаи, когда самолеты после выполнения боевого задания производили посадку на запасных аэродромах из-за неблагоприятных метеоусловий - туманы весной находились над морской поверхностью на расстоянии 1 - 2 км от аэродрома. Но не было случая, чтобы самолеты разбивались из-за неоправдавшегося прогноза погоды.

Основная задача сводилась к тому, чтобы использовать полностью всю имеющуюся в распоряжении информацию и составить прогноз с наибольшей степенью точности для выполнения боевого задания. Вся эта информация в конкретизированном виде доводилась перед стартом на вылет (в любое время суток) перед строем летчиков. Здесь же командиры полков давали конкретные указания каждому летчику, выполнявшему задание. И когда задания, поставленные командованием перед экипажами в соответствии с прогнозами погоды, выполнялись успешно, метеоролог был вполне удовлетворен этим (в то время не подсчитывали экономический эффект) и считал, что его скромный и почти незаметный труд вместе с ратным трудом воинов на фронтах и тружеников тыла приближает долгожданный день Победы. тметить, что бабушка родилась в Калининской области в селе Молоково. Какое-то время жила возле Ленинграда. От фашистской блокады её семья успела спастись на последнем пароходе. После снятия блокады приехали жить обратно в родное село. Несмотря на то, что въезд туда был запрещён (линия фронта была примерно в 70 километрах от села), семье прабабушки удалось туда попасть. «Умирать так на Родине», - говорила бабушкина мама. Учиться юной Антонине пришлось в голод и холод, но это не мешало учёбе. Не миновала бабушку в те годы и тяжёлая работа на колхозных полях. В 1943 году семью постигла очередная беда - у бабушки умерла мама, оставив двух дочерей и четырёхлетнего сына. На то время моей бабушке было всего 14 лет, а отец на фронте. После войны отец забрал детей в Архангельск, где служил. Там Антонина Дмитриевна отучилась на гидрометеоролога, по окончании учёбы её направили работать в Коми АССР на АМСГ Сыктывкар.

День Победы встретил в г. Николаеве Украинской ССР, где работал метеорологом при штабе Военно-Морского авиационного минно-торпедного училища авиации Военно-Морских сил. году из Сыктывкара бабушку направляют в деревню Сюзяыб открывать гидрометеорологическую станцию «Лунь». Тогда она и не могла подумать, что встретит там своего будущего мужа и останется в Сюзяыбе на всю жизнь.


МОИ ФРОНТОВЫЕ ДОРОГИ

Гусятников Николай Иванович,
участник войны, бывший директор Саратовской ГМО

Через месяц после начала Великой Отечественной войны, а точнее 15 июля 1941 года, я был призван в армию и направлен в окружную школу младших авиационных специалистов, расположенную на Красной Глинке под г. Куйбышевым.

После окончания этой школы, получив специальность воздушного стрелка-радиста, я был переведен в 1-ое Московское военно-авиационное училище связи, которое в то время было эвакуировано в г.Сызрань. После досрочного окончания этого училища 8 августа 1942 года я был откомандирован в действующую армию, штаб которой находился в г. Краснодаре. Но пока я ехал из Сызрани в Краснодар через Саратов, где попал под первую бомбежку, и Астрахань (так как другие пути уже были перерезаны врагом) Краснодар был оставлен нашими войсками под натиском фашистских войск. Следовательно, в Краснодар, в штаб армии, я уже попасть не смог. Поэтому в Астрахани я обратился в военный округ, эвакуированный сюда из Сталинграда, чтобы меня направили на любой фронт для прохождения дальнейшей службы. Моя просьба была удовлетворена. Меня направили на Сталинградский фронт, куда я и прибыл в конце августа 1942 года.

От Сталинграда начался мой боевой путь, сначала стрелком - радистом, а с 1943 года - военным метеорологом. А закончился он в мае 1945 года в Берлине в составе 1-ого Белорусского фронта.

Начиная со Сталинграда и до конца войны наши войска в основном вели уже только наступательные бои. И я, к великому моему счастью, в своей фронтовой жизни не испытал горечи отступления нашей армии. Наоборот, радость от наступления наших войск помогала легче переносить тяготы фронтовой жизни.

Хотя каждый из нас и боялся за свою жизнь (молодым очень не хотелось умирать), но сознательная дисциплина, убежденность и беспредельная вера в наше правое дело давала нам возможность жить ощущением нашей победы. И мы тоже приближали светлый день Победы как могли.

Мы, военные метеорологи, при отсутствии достаточного количества метеоданных, по обрезанным синоптическим картам, используя лишь свои знания, интуицию и разведывательные данные, добываемые нами при облете района боевых действий, обеспечивали безопасность полетов по метеоусловиям. И у нас, в наших обслуживаемых частях, не было ни одного случая, когда бы самолеты не выполнили боевые задания из-за неправильной информации о метеоусловиях по маршруту или в зонах выполнения задания.


По материалам Самарского регионального отделения РГМО
 
Вернуться на страницу 75 лет Великой Победы >>